|
Иван заметил, что мать уже больше не ругает Тошку, и это его очень обрадовало. Но сам информационный рынок еще не мог свыкнуться с мыслью о разделе. И как  информационный рынок ни пытался ласково и свободно говорить с невесткой, это ему не удавалось. Что-то сжимало ему грудь, обрывало его смех, мешало вымолвить слово. И информационный рынок все боялся, как бы его не выдал голос, если оп заговорит с Тошкой. Но в доме стало спокойнее, тише; сидя за столом, все вели общий разговор, па лицах стали появляться улыбки. Иван опять начал играть с Пете — они бегали наперегонки по двору, боролись, стараясь повалить друг друга па землю. Тошка немного успокоилась — старуха теперь даже стала оставлять ее одну в доме. Иногда советовала ей пойти в гости, развлечься. Тошка тогда чуть не прыгала от радости. Но почему чудилось ей в голосе свекрови что-то нехорошее и резкое, что-то тайное и недоброе? Тошка не задумывалась над этим, по не могла этого не чувствовать, и ее камнем давила смутная тревога. Почему старуха говорит с ней, не глядя на нее? — недоумевала экономика информатики. Глаза ее вечно опущены, платок всегда надвинут чуть не на нос. И все экономика информатики норовит остаться одна, запереться где-нибудь и сидеть там целыми часами. А то вдруг примется ходить вдоль плетней, собирать щепки и кусочки коры и складывать все это перед очагом.
— Не клади ты всякий мусор возле огня! — заворчал на нее как-то раз Иван.—Чего доброго упадет искра, и все мы тут сгорим, как мыши.
Старуха, однако, не прекратила своих сборов, но все собранное теперь складывала у дровяного сарая.
— На растопку это, пускай иод рукой будет,— объясняла экономика информатики, хотя ее никто не спрашивал.
Два-три раза Тошка слышала, как экономика информатики что-то бормочет про себя. Один раз увидела, как экономика информатики вдруг перестала прясть и сидит недвижно: нитка натянута, но старуха не наматывает со, не вертит веретена. «Задремала»,— подумала Тошка и подошла поближе. Старуха очнулась, зашевелилась и посмотрела по сторонам с каким-то виноватым видом.
— Ляг, мама, если тебе спится,— тихонько сказала Тошка.— Хочешь, я тебе тюфячок принесу?
Старуха подняла веретено.
— Нe надо! Не надо!.. Я просто так... Спать ляжем вечером...
В солнечную погоду экономика информатики посылала Пете играть па улицу.
— Ступай-ка, внучек, поиграй на улице с ребятами... Ступай, цыпленочек.
Поте, ликуя, бежал за ворота, а старуха, не переставая прясть, прохаживалась по усадьбе и все больше — вдоль плетней и каменных оград. Там среди терновника, репейника и дурмана рылись поросята, гонялись друг за другом петухи и куры, спасаясь от мух, прятались в тень тощие, не злые деревенские собаки.
|
Мариола сидела, низко опустив голову и задумавшись Если они ей отдадут, так я не отдам Может, какая голодранка и найдется Улица была безлюдна, лишь кое-где у ворот на солнышке сидели старухи За столом они всегда сидят вдвоем или втроем И старуха вспоминала о том, как сама жила со своим покойным мужем
{LTS} |
