|
Любую тему важно сделать по возможности не только конкретной, но и насущной, злободневной, близкой интересам аудитории.
Приведем такой пример.
В 1917 г. старый казак вступил в разговор с солдатом, оказавшимся большевиком. «А что такое, собственно, большевики?» — задал вопрос казак. Солдат вместо ответа спросил: «А ты воевать хочешь?» — «Не хочу»,— ответил станичник. «Ну, значит, ты большевик,— решил солдат.— А земли хочешь?» — «Хочу».— «Значит, ты опять большевик!»
Конечно, солдат очень упростил вопрос. Хотеть земли и быть против войны еще не значит (и в 1917 г. не значило) быть большевиком. Но в разгар революционных сражений, при полном обнажении классовых противоречий, когда перед нашим солдатом-большевиком стояла чисто агитационная задача — повлиять непосредственно на своего собеседника, направляя его волю к определенным действиям,— такое упрощение было, пожалуй, уместным, законным.
Естественно, в другое время, при других обстоятельствах, с другим собеседником наш солдат дал бы более полный, более многосторонний ответ на вопрос «Что такое большевики?» Однако и здесь, в разговоре с казаком, он неплохо справился со своей задачей, показав нам пример, как можно сделать предмет речи злободневным и близким интересам слушателя.
Чтобы сделать тему актуальной, интересной, доступной, следует прежде всего расположить материал по принципу от простого к сложному от известного (знакомого) к неизвестному, от близкого и конкретного к далекому и отвлеченному.
Покажем осуществление этих методических требований на примере. Возьмем отрывок из речи Ф. Энгельса на могиле К. Маркса (17 марта 1883 г.):
«Подобно тому как Дарвин открыл закон развития органического мира, так Маркс открыл закон развития человеческой истории — тот, до последнего времени скрытый под идеологическими наслоениями, простой факт, что люди в первую очередь должны есть, пить, иметь жилище и одеваться, прежде чем быть в состоянии заниматься политикой, наукой, искусством, религией и т. д.; что, следовательно, производство непосредственных материальных средств к жизни и тем самым каждая данная ступень экономического развития народа или эпохи образуют основу, из которой развиваются государственные учреждения, правовые воззрения, искусство и даже религиозные представления данных людей и из которой они поэтому должны быть объяснены,— а не наоборот, как это делалось до сих пор».
Здесь мы видим, как Ф. Энгельс, напоминая слушателям о некоторых простых и общеизвестных фактах, подводит их к сложному и отвлеченному вопросу.
Правда, указанный принцип расположения материала — от простого к сложному — не всегда соблюдается. Нередко, особенно в академических источниках, материал излагается в обратном порядке: не индуктивно, не от частного к общему, а дедуктивно — от общего к частному. Такое размещение материала имеет и свои положительные стороны. Больше того, в научной литературе нередко обходятся вообще без конкретных иллюстраций, пользуясь одними лишь обобщениями. Однако в популярной лекции желательно как можно чаще применять индукцию, излагая материал согласно методическим указаниям, опираясь на жизненный опыт слушателя, легче воспринимающего общее и отвлеченное через частное и конкретное. Соблюдение требований методики необходимо в особенности тогда, когда речь идет об очень сложном и трудном предмете.
|
