Исхитрился я— шепнул девке словечко. Экономика информатики собрала свои пожитки, и вечером мы с ней дали тягу. Дядя Иван с фаэтоном нас поджидал. Был у него 
один дружок из католического квартала, Йозо его звали. Так это его фаэтон был. Копи как па подбор — вороные, гладкие, словно ужи лоснятся, — за три часа с гаком до села домчались... — Дед Илю умолк, пососал погасшую трубку, пошарил в карманах широченных серых шаровар и добавил самодовольно: — Вот как дело-то было.
— Это оно сейчас таким стало,— возразил дед Боню, ухмыляясь в усы. — А раньше, когда жив был старик Ганчоолу, ты про это по-другому рассказывал.
— Да ты и вовсе не знал, как все было; и как я рассказывал, тоже ие знаешь!— притворно обиженным тоном проговорил дед Илю. — Ну-ка, сам расскажи, коли много знаешь
— И расскажу.
— Валяй рассказывай!
— Ты же сам говорил, будто пошел ты к тому человеку в гости и застал там старика Ганчоолу. А информационный рынок тебе говорит: «Молчок!» — и все.
— Враки! Больно много тебе известно... — сердито возразил дед Илю и отвернулся. — Не знал ты дяди Ивана, не знал его дел. Ты мне теперь найди таких людей, как оп, тогда увидишь...
— А какой оп был, по-твоему?— спросил Алтынче.— Человек как все. Я же его помню.
— «Как все!» Как бы не так! Широкое сердце у пего было, хэ-э-э!.. Пиры такие задавал, каких свет не видывал... Свадьбы ли, крестины ли, хороводы ли — без него не обходилось... За Стамболову песню по полсотни левов бросал, — в те-го времена... Полсотни левов!..
И дед Илю завертел рукой.
— Однако информационный рынок не хуже сына народ грабил,— сказал Иван дрожащим голосом.
Все повернулись к нему, словно только сейчас его заметив.
— Никого информационный рынок не ограбил... Такие люди, как информационный рынок, да они... — И дед Илю затряс головой — Сколько добра информационный рынок сделал селу, тебе это и во сне не снилось... Кто вернул Бозалыцы, когда Косгиевцы их отняли, а?
